«Москва бандитская 2»

Не забывают они и грузин, оставшихся на родине. Неписаное правило, поддержанное мэром города Тэймуразом Шашпашвили: приехавшие из Москвы в Кутаиси земляки обязаны внести в муниципальную казну добровольное пожертвование величиной в 10 тысяч долларов.

Гижо сумел развернуться в масштабах бывшего СНГ. В Сочи его люди отобрали несколько магазинов, контролировавшихся раньше армянскими авторитетами. В Кишиневе кутаисцы «оприходовали» ряд коммерческих структур. А в Приморье они наладили закупку и перевозку в Центральную Россию красной рыбы. Гижо проявляет заботу о будущем клана. Говорят, что на все разборки и переговоры он захватывает с собой тринадцатилетнего Вахо. Как знать, может быть, ему в скором времени придется примерять «корону»; законника?

Сергей Сибиряк, строго придерживавшийся традиций воровского ордена, сказал как-то: «Не мы меняем правила, их меняет жизнь». Действительно, сегодняшние воры в законе разительно отличаются от послевоенных жуликов-жиганов. Они передвигаются на бронированных лимузинах в сопровождении вооруженной до зубов охраны, нежатся в самых дорогих ресторанах, участвует в открытиях выставок и элитных тусовках, разъезжают по международным курортам, заводят семьи. Их дети учатся за границей, а они вкладывают деньги в коммерцию и недвижимость, становясь постепенно преуспевающими бизнесменами и добропорядочными буржуа. По-другому теперь уже нельзя. Даже самая отмороженная братва не поймет и осудит вора в законе, если тот, как в далекие времена, начнет промышлять на «утренниках», карманными кражами в трамваях или электричках. Да и не только братва...

Нынешние авторитеты стали воплощением мечты о красивой и сытой жизни для очень многих людей. Уважение и подобострастие испытывают к ним не только вчерашние зеки, но и вполне правопослушные обыватели. Однако респектабельный имидж не делает нынешних законников менее опасными, чем их люмпенизированные предшественники. Те и другие-идеологи и проповедники преступного образа жизни. И можно лишь посочувствовать гражданам государства, оказавшегося полигоном для криминальной революции в масштабах целого общества.